В Центральном районном суде Воронежа завершилось рассмотрение уголовного дела о расходовании грантовых средств, выделенных на развитие туристической базы «Мадагаскар» в Семилукском районе. В ходе прений сторон представитель гособвинения попросила назначить четырем подсудимым от трех до четырех лет лишения свободы в колонии общего режима. Защита Александра Кукина настаивала на отсутствии в его действиях состава инкриминируемого преступления и просила суд переквалифицировать обвинение на халатность. После выступлений адвокатов все фигуранты произнесли последнее слово.
До четырех лет колонииПрокурор заявила, что вина подсудимых подтверждается исследованными в суде доказательствами, и попросила назначить им следующие наказания:
Напомним, Кукину и Овчаренко предъявлено обвинение по ч. 3 ст. 285 УК РФ – злоупотребление должностными полномочиями, повлекшее тяжкие последствия. Стрыгин и Ягодкин обвиняются по ч. 4 ст. 159 УК РФ – мошенничество, совершенное группой лиц по предварительному сговору с использованием служебного положения, в особо крупном размере.
Защита попросила переквалифицировать обвинениеАдвокат Александра Кукина заявил, что считает квалификацию действий своего подзащитного по ч. 3 ст. 285 УК РФ необоснованной. По мнению защитника, обвинение не доказало ни наличия тяжких последствий для бюджета, ни личной заинтересованности бывшего чиновника, ни того, что он действовал вопреки интересам службы.
Отдельно адвокат остановился на сумме предполагаемого ущерба – 10 млн рублей. Он указал, что эта сумма не может автоматически считаться значительным ущербом для бюджета, учитывая его общий объем. В качестве примеров защитник привел другие судебные дела, в которых при более крупных суммах ущерба действия должностных лиц квалифицировались по менее тяжкой части статьи.
Адвокат также заявил о процессуальных нарушениях при расследовании. В частности, он указал на отсутствие в обвинительном заключении конкретных положений должностных инструкций и нормативных актов, которые, по версии следствия, нарушил Кукин. Кроме того, защита поставила под сомнение порядок возбуждения уголовного дела, а также признание потерпевшим областное министерство, поскольку средства гранта поступили из федерального бюджета.
Защитник настаивал, что действия Александра Кукина не были направлены на сокрытие нарушений при освоении гранта. По его словам, сотрудники министерства запрашивали у предпринимателей письменные объяснения и фотоотчеты о ходе работ, а сама проверка проводилась в рамках полномочий ведомства.
В итоге адвокат попросил суд не рассматривать действия Александра Кукина и Нелли Овчаренко как злоупотребление должностными полномочиями, а переквалифицировать их на ст. 293 УК РФ (халатность). В таком случае их уголовное преследование прекратится в связи с истечением срока давности по нереабилитирующим обстоятельствам.
Последнее слово подсудимыхАлександр Кукин заявил, что поддерживает позицию своего адвоката и не признает вину в злоупотреблении должностными полномочиями. По его словам, работа в министерстве была направлена на развитие туризма и поддержку предпринимателей, а заявки на получение грантов соответствовали требованиям законодательства.
– Я с первой минуты безоговорочно сотрудничал с органами расследования, передал все пароли от системы и ни разу не менял своей позиции. Моя работа на государственной службе всегда была подчинена одной цели – развитию туризма в регионе и поддержке предпринимателей, попавших под удар пандемии и санкций. Что касается рассмотрения и одобрения заявок, здесь все было абсолютно чисто, законно и прозрачно. Оснований для отказа в приеме документов не было никаких, – заявил Александр Кукин.
Он также отметил, что, по его мнению, ущерба областному бюджету не было, а работы по благоустройству выполнялись в соответствии с паспортом проекта. Александр Кукин сообщил, что через десять дней после событий, связанных с проверкой гранта, уволился по собственному желанию.
– Если суд все-таки усмотрит в моих действиях какие-либо нарушения закона, прошу учесть, что я никогда не совершал их с умыслом или корыстной целью. Поддерживаю ходатайство о прекращении дела по нереабилитирующим основаниям, – добавил бывший чиновник.
Нелли Овчаренко заявила, что выполняла поручения руководителя, считая их законными. Она подчеркнула, что следствие не представило доказательств ее умышленных противоправных действий.
– Все технические поручения я выполняла добросовестно. Анализировать их законность я не могла, поскольку все поручения считала законными, других оснований полагать обратное у меня не было. Я 22 года работала на государство, и никаких претензий ко мне не возникало. Прошу суд учесть, что я одна воспитываю дочь и забочусь о пожилой маме, – сказала подсудимая.
Евгений Ягодкин также не признал вину. Он заявил, что не согласен с предъявленным обвинением, а полученные бюджетные средства вернул, несмотря на вложенные в развитие туристического проекта собственные деньги.
– Многие мероприятия проводились бесплатно для спортсменов, отказаться от этой деятельности я не мог, поскольку она была включена в расписание общероссийских соревнований. Я продолжаю заниматься проектом и поддерживать его. Прошу суд учесть реальные обстоятельства дела и доводы моей защиты, – заявил Евгений Ягодкин.
Николай Стрыгин, в отличие от остальных подсудимых, признал вину и раскаялся в содеянном. Он попросил суд назначить наказание, не связанное с лишением свободы, и предоставить возможность продолжить работу над социальным проектом.
Суд удалился для постановления приговора.
КонтекстУголовное дело связано с выделением двух грантов по 10 млн рублей каждый. По версии следствия, ООО «Мадагаскар» и ИП, зарегистрированное на супругу Евгения Ягодкина, были аффилированы и фактически реализовывали проекты на одной территории. При этом правила конкурса предусматривали предоставление не более одной заявки на один туристический объект.
Один из грантов предназначался для благоустройства пляжа на территории базы отдыха в поселке совхоза «Раздолье». Следствие считает , что часть предусмотренных проектом работ не была выполнена, однако в министерство представили отчетность об освоении средств. По версии обвинения, Кукин и Овчаренко знали о нарушениях, но помогли их скрыть. Ущерб оценили в 10 млн рублей.
